«Да будет свет! И стал свет...»

История уличного освещения начинается в 1667 году, когда французский король Людовик XIV распорядился прикреплять «светочи» на деревянные столбы и стены зданий. В России в то время улицы освещались только по большим праздникам и по случаю приезда высочайших особ, а впервые в нашей стране фонари на улицах появились благодаря императрице Анне Иоанновне. 27 ноября 1730 года она издала указ, который гласил: «На Москве, в Кремле, в Китае (имеется в виду Китай-город. - Авт.), в Белом и Земляном городах и в Немецкой слободе по большим улицам для зимних ночей поставить на столбах фонари стеклянные один от другого на десять сажень, все в одну меру линейно, такие, какие от полицмейстерской канцелярии образцовые фонари объявлены и ценою стали каждый по рублю и чтоб все были представлены будущего декабря к 25-числу. А сделав оные, для содержания в тех фонарях огня и починкою отдать обывателям, в которых вместо свеч зажигать масло конопляное с фитилями». Так что Ломоносов, написав в оде царице, что она «сияет светом доброты», имел в виду отнюдь не метафору.

Фонари устанавливались на столбах или на таганах по стенам домов и зажигались по специальному осветительному календарю: с 1 сентября по 1 мая. Горели они 18 ночей в месяц, так как остальные ночи считались лунными. Первые фонари были очень тусклыми и освещали лишь небольшой пятачок вокруг столба. К тому же  фонарщики повадились добавлять конопляное  масло  в  кашу,  поэтому фонари частенько гасли среди ночи. Когда в начале XIX века  количество  уличных фонарей в Москве достигло 5 тысяч,  попытались заменить горючее спиртом - он горит  более ярко, но это была поистине роковая ошибка: уже через полчаса после выдачи горючего фонарщикам было «не до фонарей» - отсюда и пошла известная идиома. Тогда стали добавлять в спирт скипидар или нефть, чтобы резким запахом отпугивать любителей выпить за казенный счет. Позднее, в середине XIX века, стали использовать керосин как более прогрессивный вид топлива.

В 1863 году Московская городская Дума объявила торги на устройство керосинового освещения, в результате которых контракт на установку 2 тысячи  200 фонарей достался французу Ф. Боаталю. В течение трех лет количество керосиновых фонарей в Москве выросло до 6 тысяч 400, и освещали они Китай-город, Мясницкую, Никольскую улицы, Красную и Театральную площади. Благодаря новым ярким фонарям Москва, по свидетельству очевидцев, приняла «почти европейское обличие, на улицах стало, несомненно, оживленнее, и сама публика несколько расцветилась  и  подобралась». Удивительно,  но  факт:  некоторые  керосиновые  фонари работали в Москве до 20-х годов прошлого века!

Тем временем в столичном Петербурге осваивали европейский прогрессивный опыт - в 1819 году в Северной Пальмире появился первый газовый фонарь. А в 1835 году там было основано «Общество освещения газом Санкт-Петербурга», которое установило 204 газовых фонаря взамен масляных. Однако газовое освещение было недешевым удовольствием: потребовалось более 35 лет, чтобы осветить газом только центральную часть Петербурга. В Москве газовые фонари появились значительно позже - в 50-х годах XIX века. В то время по улицам стали разъезжать необычные  кареты  с  установленными на них железными цилиндрами - так развозили заказчикам газ с небольших частных заводов, таких как, например, основанное в 1851 году «Московское  товарищество сжатого переносного газа», которое занималось устройством газового освещения в зданиях - в то время газовые фонари устанавливались лишь в помещениях. А в 1863 году небольшой газовый заводик был открыт во дворе на Неглинной улице, и освещал он Большой и Малый императорские театры.

В 1861 году немецкий купец Дитрих и его соотечественники из Петербурга Сименс и Гальске подают московскому генерал-губернатору прошение об устройстве в Москве газового уличного освещения. Вскоре поступило еще несколько таких предложений как от иностранных, так и от русских предпринимателей. Дума образовала комиссию из гласных  для решения этого вопроса, и летом 1864 года были объявлены торги на устройство городского газового освещения. Выиграла их фирма City Of Moscow Gas Company Limited голландского предпринимателя А. Букье и английского инженера Н. Гольдсмита. Она смогла предложить городу самые выгодные условия: плату в 14 рублей 50 копеек за один фонарь. 25 января 1865 года с фирмой был заключен контракт, «представляющий Букье и Гольдсмиту исключительное право, на 30 лет, освещать текущим газом посредством подземных труб город Москву». По контракту компания должна была в течение трех лет построить газовый завод, проложить газопроводную сеть, поставить и подключить 3 тысячи  фонарей.  Поставку  угля  для  получения  газа планировалось осуществлять из Англии морским путем, а затем по Николаевской железной дороге.

Правда, в московском обществе это не вызвало энтузиазма: мещане считали, что англичане пробурили землю до преисподней, чтобы брать газ, а «возможность осветить хотя бы частичку Москвы газом считали химерой; люди положительные, но люди старины, они видели в этом признак умственного повреждения». Были и более объективные нарекания, связанные с контрактом. Во-первых, большие опасения вызывал немалый срок его действия - 30 лет. За это время в деле уличного освещения могли произойти (и,  забегая вперед, скажем: безусловно, произошли)  большие  перемены. Во-вторых, было невыгодно закупать за границей материалы для строительства газового завода при наличии в России собственного железа, чугуна и каменного угля. Правда, в контракте было оговорено, что если появится возможность добывать газ из отечественного газового угля, компания понизит цену на освещение.

Итак, в 1868 году близ путей Курско-Нижегородской железной дороги  в  Сусальном переулке был построен Московский газовый завод. Английская компания придерживалась того же архитектурного стиля, в котором создавалось в то время большинство промышленных построек в самой Англии - неоготического (см. статью «МОЖД - витки спирали истории» в предыдущем номере журнала). Декоративных деталей было не так много, но весь архитектурный комплекс в целом производил очень цельное и законченное эстетическое впечатление. Небольшая водонапорная башенка на одном из корпусов, по традиции, была похожа на замковую, а вот газгольдеры - цилиндрические здания для хранения газа  выглядели и вовсе грандиозно, как огромные неприступные крепости.

...

...

Полная версия материалов доступна только подписчикам.

Авторизуйтесь или ознакомьтесь, пожалуйста, с условиями подписки »