Точки роста экологического качества городской среды

Мы предлагаем вашему вниманию интервью с руководителем Департамента природопользования и охраны окружающей среды города Москвы Леонидом Арнольдовичем Бочиным. Беседу ведет главный редактор журнала «ЭКОREAL», первый заместитель генерального директора НИиПИ экологии города Анна Сергеевна Курбатова.

 

- Леонид Арнольдович, к сожалению, многие московские застройщики, инвесторы и девелоперы до сих пор воспринимают экологические вопросы, которые необходимо решать в составе проектной и предпроектной документации, как обузу и досадную помеху. Как Вы прокомментируете эту ситуацию?

- Это, прежде всего, проблема ментальности, причем  не только проектировщиков и инвесторов, но и заказчиков застройки городских территорий, это ментальность всего инвестиционного климата Российской Федерации. Она состоит в том, что команда Германа Грефа сформировала вредное для страны, и особенно для ее крупных городов, представление о том, что экологические ограничения являются потенциальным тормозом экономического развития России. Поэтому все результаты и наработки, которые существовали до известных периодов новейшей истории России, были, по существу, обнулены.

Почему это ошибочная позиция? Прежде всего потому, что достаточно посмотреть на ежегодный рост товарооборота, связанного с мировыми продажами современных природоохранных технологий, чтобы понять востребованность экологизации промышленного потенциала той или иной страны, того или иного города; востребованность экологизации транспортных комплексов, энергетики, других отраслей экономики.

Вся система оценки проектов и выдачи разрешительной документации строится на презумпции виновности любого заказчика, любого инвестора. Принято считать, что они всегда стремятся объегорить государственных чиновников по той простой причине, что им это выгодно.

Москва приняла стратегию развития до 2025 года, ее цель сформулирована и сформатирована. Она заключается в создании комфортной среды обитания москвичей. Но без введения реальных экологических ограничений достигнуть этой цели невозможно. В противном случае столичная застройка станет похожа на стамбульский или старошанхайский варианты городской застройки.

Пока на первом плане выступает цена земли, целью инвестора становится выжимка максимальной прибыли из каждого квадратного метра. При такой постановке задачи невыгодно соблюдать нормативы придворовой озелененной территории, общественной озелененной территории, невыгодно создавать новые парки, скверы, бульвары. И уж, конечно, ни о каких пространственных решениях, ни о проветриваемых кварталах, ни о современных транспортных магистралях речи быть не может.

Инвесторы строят дома, продают квартиры, получают прибыль в сотни процентов. Остальные проблемы их почти не интересуют. А если у горожан возникают претензии к качеству обустройства территории, кому они их предъявляют? Городским властям. Следовательно, ответственность московской администрации за принятые решения многократно возрастает. Поэтому отказ от  точечной застройки, отказ от корректировки границ природного комплекса в пользу застройщика является конкретной реакцией на существующее в городе положение дел.

Еще раз подчеркиваю: сегодня старорежимных домовладельцев не существует. У нас сейчас существует промежуточный этап - «построил, продал, забыл». Снял пенку прибыли, а что дальше будет, инвестора уже не касается. Стремлением сохранить эту безответственность и объясняются их возражения против «экологических обременений». Именно отсюда проистекает безобразное благоустройство, те самые зеленые прутики строительного комплекса. Это отдельная тема, но она находится в контексте общей проблематики.

К тому же при проведении основных видов строительных работ выбираются все деньги, и на озеленение ничего не остается. Добавлю к этому, что озеленение территории можно вести только в теплое время года, а дом сдается, как правило, 31 декабря, поэтому к весне денег на толковое благоустройство и посадку взрослых растений практически нет.

Хочу использовать возможности вашего журнала и еще раз предупредить инвесторов: сейчас радикально ужесточаются меры инспекционного контроля, представители ДПиООС включены во все акты приемочных работ, мы будем настоятельно требовать их раскошелиться на создание реальных, полномасштабных, благоустроенных внутридворовых и придомовых зон, требования к которым прописаны в правилах содержания и посадки зеленый насаждений. Посадка крупномеров, деревьев ценных пород, уход за ними в течение, как минимум, трех лет. Все это - в зоне инвесторской ответственности.

- А еще какие первостепенные вопросы нужно решать?

- Нужно изменить принципы эксплуатации вновь созданных озелененных территорий. У нас до сих пор сохранилась монополистическая структура - бывший «Мослесопарк», теперь «Мосзеленхоз», который единолично эксплуатирует озелененные территории первой категории* и получает за это бюджетные деньги. Рамки ответственности за эксплуатацию непонятны. Почему нельзя перейти на нормальную контрактную основу и распределять работы по уходу (полив, подкормка, обрезка деревьев и так далее) на конкурсной основе?

Я считаю, что эта тема хронически проваливается Департаментом жилищно-коммунального хозяйства, отвечающим за политику в области озеленения. Тот факт, что в этом году не реализовано более трех миллиардов рублей только по счетам компенсационного озеленения, подтверждает мой вывод о том, что необходимо менять и политику, и идеологию озеленительных процессов. Кроме того, нужно повысить ответственность государственных чиновников за квалифицированное исполнение возложенных на них обязанностей.

Вернемся к Вашему вопросу. Еще раз отмечу, что если мы вводим в процесс создания благоустроенной озелененной территории конечного потребителя, результат принципиально меняется. Тогда оправдываются затраты на дополнительные расходы по улучшению качества создаваемой городской среды. Как только в этой схеме появляется эксплуатирующая организация - посредник, сразу возникает раздраженное недоумение инвестора: «зачем мне лишняя головная боль».

Я спрашиваю этих ворчунов-инвесторов: скажите, а Вы лично где живете? Ах, лично у Вас все хорошо? Значит, налицо традиционный двойной стандарт: для всех - одно, а в «эксклюзивном исполнении», для себя, - другое. Политика двойных стандартов была свойственна еще советской промышленности, когда безукоризненная продукция шла на экспорт, а та, что не проходила систему экспортного контроля, оставалась для внутреннего потребления.

Та же ментальность и такие же поведенческие принципы характерны, к сожалению, и для большинства московских инвесторов: работать не для себя, не для города, а для получения прибыли.

- Леонид Арнольдович, какие рычаги управления качеством городской среды сегодня наиболее эффективны: экономические, политические или экологические?

- Прежде всего - экономические рычаги. Нарушать градостроительные правила должно быть невыгодно. Москва - замечу, единственная из субъектов Российской Федерации! -  ввела методики расчета ущерба природным средам. И как только мы применили схемы расчета ущерба зеленым насаждениям, строительным организациям стало неповадно валить деревья в угоду своим интересам. Такая же ситуация по почвам, воде, воздуху.

Слава Богу, наши пятилетние усилия не пропали даром: федеральное Министерство природных ресурсов разработало на базе наших предложений  несколько методик расчета ущерба природным средам. Три уже приняты, на очереди еще две. У нас появляется реальная возможность уголовного преследования злостных нарушителей экологических нормативов.

Политические рычаги носят лозунговый характер. Что касается экологических норм, то без экономических «костылей» они не в состоянии обеспечить чистоту и комфортность среды обитания. Я говорю об этом с начала 90-х годов. Если не вводится экономическая составляющая, если оперативно не пересматриваются размеры штрафов, у нарушителей нет никакого стимула к переходу на щадящие природоохранные технологии.

- Но введение экономических рычагов - непопулярная мера! Для ее осуществления нужна политическая воля.

- Она только сейчас начинает проклевываться на очень ограниченном пространстве. Если город принял пакет методик по всем природным средам, то Российская Федерация опаздывает в этой области лет на шесть-семь. Хотя сейчас наверстывает - опять же при нашей активной позиции. И Департамент природопользования, и мэр неоднократно обращались к премьер-министрам с просьбой принять федеральные методики, поскольку не существует перспектив уголовного преследования нарушителей, ибо Уголовный кодекс - это федеральное законодательство, и методики должны быть, естественно, федеральными. Иначе уровни нормативных документов не сопрягаются, не стыкуются.

Вообще нужно сказать, что административная реформа не столько создала, сколько разрушила экологическую праворегулирующую систему. Я не могу сказать, что она была в какой-то степени удовлетворительна, но на тот момент она худо-бедно существовала. Нынче две организации не могут поделить между собой полномочия, компетенцию и топчутся на «одном клочке земли». Именно это, на мой взгляд, характеризует провал административной реформы в данном направлении. Плюс к этому возникла ключевая несуразица: в Конституции прописана ответственность субъектов Российской Федерации  за состояние окружающей среды, а полномочия сосредоточены в федеральном центре. Для Москвы этот нонсенс наиболее очевиден: у нас в городе федеральные и московские чиновники разделены всего двумя трамвайными остановками, причем первых в разы меньше.

У нас есть зона ответственности и есть понимание, что и как делать, есть дополнительные рычаги воздействия на предприятия, однако нам не спешат передавать полномочия, не объясняя при этом, почему. Есть такое военное слово: «не положено». Но это «не положено» не имеет ни политического, ни экономического, ни экологического смысла. А есть четвертый смысл... интерес...

- В какой сфере городской хозяйственной деятельности сейчас нужно приложить максимальные усилия, чтобы получить максимальный экологический эффект? Поясню: когда был принят Закон о защите зеленых насаждений, оказалось, что это та самая кнопка, на которую нужно было надавить. В результате в сознании инвесторов произошли кардинальные изменения, теперь состояние городских зеленых насаждений в принципе всех устраивает.

- Я бы осторожнее оценил «зеленые» успехи. Сейчас выпущен пакет постановлений правительства о контроле и регулировании качества городских почв и соответствующий закон города. По сути дела, мы охватили методиками расчета ущерба все природные среды и замкнули круг механизмов контроля и шумов, и взвешенных частиц, и состояния вод, почв, зеленых насаждений. Правила понятны и для предпринимателей, и для инвесторов, и для горожан. Окончена огромная десятилетняя работа, издано 4 тома нормативных актов, пятый готовится к публикации. Одна из главных задач чиновников - создание понятных и стабильных правил игры, потому что оценка эффективности работы любого нормативного акта - это уровень прежде всего правоприменительной практики. Следствие целенаправленного применения законов - снижение динамики правонарушений.

Но вернемся к точкам роста. Я бы выделил две проблемы, на которых сейчас нужно сосредоточить внимание. Первая «болевая точка» - зеленые насаждения. В последнее время создается очень мало объектов нового озеленения и благоустройства, речь идет о новых скверах, новых парках, новых садах. Вторая - бытовые отходы, но о ней поговорим немного позже.

- У Вас есть представление о том, как их решать?

- Нужно упрощать процедуру разработки и согласования проектов нового озеленения. Сегодня она неимоверно сложна. Нужно пройти такие же мытарства, как для согласования строительства высотного жилого дома. Но ведь это просто глупо!

- А принятие Генеральной схемы не помогло упростить процедуру согласования таких объектов?

- Генеральная схема без «приводных ремней» - это набор бумаг и карт. Под «приводными ремнями» я имею в виду полномасштабную программу внедрения этого документа. В нескольких постановлениях написано: необходимо радикально сократить процедуру согласования проектов озеленения, она должна быть оперативной. Пока сдвинуться с места не удалось. Это первая причина.

Вторая причина -  самоустранение округов и Мосархитектуры от подбора участков, требующих озеленения в первоочередном порядке. Их позиция приводит к тому, что мы с трудом и большими задержками вынуждены отрабатывать регламент согласования строительных проектов по причине якобы отсутствия свободных территорий. А на самом деле они «припасены» для иных целей.

Третье. Опыт увеличения в 4 раза площади цветочного оформления Москвы говорит о том, что если четко зафиксировать финансовые ресурсы и организовать эту работу через Комиссию по цветочному оформлению, которую мне довелось возглавлять последние 4 года,  результат не замедлит сказаться. Иностранцы, а их трудно заподозрить в лести, утверждают, что город в этом плане заметно преобразился. Но и здесь, к сожалению, пошла халтура, и мэр Москвы «приложил горчичник» всем «лауреатам» этой номинации. Думаю, что после проведения контрольных мероприятий ситуация на рынке цветочного оформления изменится.

Но вернемся к «болевым точкам». О необходимости наведения порядка в процессе создания новых объектов озеленения мы уже говорили, теперь о второй проблеме - о бытовых отходах. В первом квартале 2008 года  должны появиться программы строительства мусоросжигательных заводов и создания производственных мощностей для переработки отходов и вовлечения их во вторичный оборот.

Но при этом Департамент ЖКХ запаздывает, во-первых, с инициацией форсированной разработки и принятия  Российской Федерацией на уровне Государственной Думы Закона о таре и упаковке, который введет финансовые механизмы компенсации затратных переработок отдельных утильных фракций сырья; а во-вторых, с инициацией разработки московского закона о гарантиях использования вторичного сырья при формировании городского заказа, будь-то строительство автомобильных дорог, зданий или чего-то иного.

В-третьих, нужно тщательно продумать схемы и четко сформулировать порядок сбора, транспортировки и переработки отдельных фракций отходов. Без этих трех составляющих преждевременно говорить о наведении порядка в этой традиционно сложнейшей сфере хозяйства крупных городов.

 Я бы, пожалуй, назвал еще одну «болевую точку»-  это работа по «распечатыванию» территорий и их задернованию, она необходима для снижения объема взвешенных частиц, особенно на придомовых территориях. Это значит, что надо посмотреть на программу «Мой двор, мой подъезд» и планы строительства плоскостных автостоянок (в пользу применения газонных решеток), не говоря уже об  изменении схемы влажной уборки города, о борьбе с пылью силами Департамента ЖКХ и многих других программах.

- Но последняя проблема опять-таки связана с экономической составляющей и с конкретной ответственностью эксплуатирующих организаций. Если распечатанные территории не поливаются в засушливое время, о чем можно говорить...

- Правильно. Нужно ужесточить ответственность эксплуатирующих организаций за качественное исполнение возложенных на них обязанностей. Город должен переходить на внятную, подробнейшую, подчеркиваю: подробнейшую, в несколько сот страниц, контрактную систему. Контракт должны подписывать представители городской администрации и выигравшей организации, причем они должны быть долговременными, рассчитанными на срок  не менее 5 лет.

Главная проблема в том, как преодолеть нелепость, прописанную в Законе № 94*, навязывающем в качестве единственного критерия выбора самую низкую цену. Эту нелепость придумали чиновники, которые никогда не имели никакого отношения к реальному сектору экономики. А жизнь показывает, что низкие цены превращаются в переуступку контрактов и заканчиваются полной неразберихой. В результате многие подписанные договоры не исполняются. Разумеется, мы пытаемся решать такие проблемы через суд, но ведь Вы имеете представление об «оперативности»  наших судов...

...

...

Полная версия материалов доступна только подписчикам.

Авторизуйтесь или ознакомьтесь, пожалуйста, с условиями подписки »