Молочные реки

Интервью с Дрогайцевым Александром Николаевичем, генеральным директором Агрофирмы ООО «Маслово», Орловская область

Фермеры стран Евросоюза шокированы новостью об отмене с января 2008 года субсидий на производство мяса и молока. Цены на эти продукты резко подскочили и будут расти дальше, следовательно, импорт сухого молока  и сухого творога (а сейчас Россия закупает за рубежом большую часть нужного ей объема) становится невыгодным. Значит, наступило время российских производителей молока: только за последний год закупочные цены на молочную продукцию  увеличились в 2,5 раза.

ЭR: Выгодно ли сегодня заниматься производством экологически чистого продукта - натурального молока?

А.Н.: Рентабельность производства молока выросла в 2 раза и достигла практически 100%. Потребители заинтересованы в покупке экологичных продуктов, появляются федеральные программы обеспечения детей и школьников натуральным молоком, словом, спрос есть, - а натурального молока нет, это единственный продукт, который нельзя привезти из-за границы. Спад молочного производства в России огромен, потому что производителей осталось мало. Выбираться будем долго, быстро восстановить собственное производство невозможно, для этого нужно, по крайней мере, лет десять.

Во всем мире по уровню рентабельности молочный бизнес занимает второе после птицеводства место. Мы занимаемся молоком 18 лет и пришли  к выводу, что гораздо выгоднее перерабатывать его самим, а если еще и продавать продукцию  на собственных площадях, то прибыль увеличивается  в два или даже в три раза.

ЭR: Насколько ощутима для отечественного производства молочных продуктов проблема нехватки молока?

А.Н.: Сегодня в стране производится треть молока от требуемых объемов. Остальное приходится закупать за границей. Думаю, что к весне цена литра молока сравняется с европейской, то есть  вырастет в 2 раза и составит около 40 рублей.

ЭR: Каковы взаимоотношения государства и производителя? Насколько ощутимо государство поддерживает производителя? Какова политика Министерства сельского хозяйства? Зависит ли  развитие молочного производства от местных властей?

А.Н.: Сегодня государство немного помогает племенным хозяйствам. Разработана схема дотаций на молоко - сверх среднего уровня за литр молока, - это хорошо, но недостаточно. Размер помощи в основном зависит от возможностей местного бюджета. Если регион богатый, можно рассчитывать на дополнительную поддержку. Если нет - надеяться не на что.

Орловская область обеспечивает незначительный уровень дотаций. Поэтому мы полагаемся на Правительство Российской Федерации, на нового премьера, на его личный опыт работы в сельском хозяйстве, - кому, как не ему, знать наши  проблемы?

ЭR: С кем легче работать производителю молока: с западными переработчикам, например, с «Данон» или с отечественными производителями?

А.Н.: С отечественными переработчиками, если есть партнерские взаимоотношения, работать проще. У европейцев очень жесткие стандарты. Наше молоко сможет  им соответствовать, если  заменить старое оборудование на фермах на современное. Для нашей агрофирмы модернизация - не вопрос, но основная масса молокопроизводителей вряд ли сможет себе этого позволить.

Но сырьем торговать невыгодно, потому что львиная доля доходов достается переработчику. Идеальный вариант - замкнутый цикл производства: самим производить, перерабатывать и заниматься реализацией. У нас такая  цепочка выстроена и по молоку, и по мясу, и по овощам. Мы сохранили свое хозяйство и смогли развиваться только благодаря тому, что десять лет назад построили собственный цех переработки молока.

Начинавших вместе с нами «съели» переработчики. Они установили настолько мизерные закупочные цены на молоко, что многие производители были вынуждены пустить дойных коров под нож. Переработчики жировали, не понимая, что рубят сук, на котором сидят: не стало сырья - их заводы закрылись. Думаю, что не ошибусь, если скажу, что такую картину  можно было видеть не только у нас на Орловщине - по всей стране.

ЭR: Как вы улучшаете молочное стадо? Покупаете коров за границей или делаете упор на отечественные породы?

А.Н.: Улучшить стадо можно за счет увеличения голов племенного скота. Мы сами занимаемся разведением породистых животных. Покупка зарубежных пород дает кратковременный эффект, коровы - тонкие и чувствительные животные, они плохо переносят перемещение. Ввод в основное стадо должен составлять не менее 30%. Во-первых, нужного нам количества вот так сразу, единовременно, не найти, во-вторых, это накладно - цены на маточное поголовье сейчас очень высокие.

ЭR: Что влияет на вкусовые качества молока? Зависит ли оно от качества кормов?

А.Н.: Да, вкус молока зависит от качества кормов. Недаром говорят: «Что у коровы на языке, то и в молоке». Кстати, качество сырья особенно ощущается в переработанном продукте - в кефире, твороге, масле. Самым вкусным молоко бывает летом, когда коров выпасают на пастбищах. К сожалению, такую роскошь российский климат позволить не может. Приходится думать о зимних кормах, а их со свежей травой не сравнить...

ЭR: А что такое нормализованное молоко?

А.Н.: Нормализованного молока не нужно бояться - это обычное молоко, просто его жирность сведена к единому показателю. Предположим, из молока жирностью 3,5% производится молоко с жирностью 3,2% или 2,5%. Нормализованное молоко часто путают с  восстановленным молоком, которое изготавливается из сухого молочного порошка.

ЭR: Ваша продукция  поставляется в детские учреждения?

А.Н.: Мы занимаемся прямыми поставками в школы и детские сады молока, кефира, творога, сметаны, масла. У нас даже есть разрешение на поставку молока на детские кухни родильных домов. Это большая ответственность, но за несколько лет работы не было ни одного события, которое бросило бы тень на репутацию агрофирмы «Маслово». Качество наших продуктов контролируется лабораторными методами. Для нас это вопрос престижа.

ЭR: Каким образом контролируется бактериальная безопасность молока? Как у вас поставлено медицинское обследование персонала?

А.Н.: Разумеется, есть определенные допуски - некие допустимые нормы обсемененности продукта, мы же работаем с животными, а на ферме невозможно добиться стерильности: и животное может заболеть, и оборудование испачкаться. Другое дело, как к этому относиться - следить за чистотой, систематически проводить профилактические мероприятия, контролировать ситуацию по ГОСТам  - или смотреть на грязь сквозь пальцы, оправдывать собственную безалаберность.

 Коровье молоко, пока еще не выдоено, совершенно стерильно, поэтому ответственность за бактериальное загрязнение лежит на обслуживающем персонале. Грязь может попасть в продукт в процессе дойки или транспортировки.  Поэтому соблюдение работниками правил личной гигиены, чистоты доильного оборудования и молочной тары - принципиальный вопрос.

Что касается здоровья персонала, то, как и положено, наши сотрудники каждый год проходят медицинский осмотр, хотя я считаю, что нужно увеличить частоту обследований хотя бы до двух раз в год.

ЭR: Как часто ваших животных осматривают ветеринары?

А.Н.: Так часто, как это требуют профилактические нормы. Мы очень строго относимся  к выполнению ветеринарных и санитарных требований, к проведению профилактических мероприятий. Иначе нельзя - потеряем лицензию.

ЭR: Согласно санитарным требованиям животноводческая ферма должна быть благоустроена. Александр Николаевич, что Вы понимаете под словами «благоустройство территории»?

А.Н.: Что касается соблюдения санитарных норм и удобства устройства стойла животного или  рабочего места оператора, то мы стараемся следить за новинками. Ездим, учимся, покупаем оборудование. Комфортность напрямую связана с качеством молока: скотникам должно быть удобно ухаживать за животными, операторам - удобно доить коров и следить за чистотой доильной аппаратуры. В холоде и грязи получить хорошее молоко невозможно.

ЭR: Трудно ли получить разрешение на строительство нового животноводческого комплекса?

А.Н.: О чем Вы, какие трудности? Если есть деньги, есть желание, если проект согласован, - проблем на местах нет! Кстати, мы как раз сейчас строим новый животноводческий комплекс, так нас губернатор даже в спину подталкивает - быстрей, быстрей!

Только вчера эта проблема обсуждалась на совещании у губернатора, говорили  о том, что мало пока в Орловской области молочных комплексов. Мы пообещали сдать новый объект на 1200 голов, а к 2012 году довести дойное стадо до 10 000 голов.

ЭR: В проекты строительства новых комплексов закладываются природоохранные мероприятия?

А.Н.: Разумеется, все входящие в новый комплекс объекты размещаются и строятся с учетом появившихся не так давно норм и правил, касающихся соблюдения экологической чистоты окружающей среды. Это раньше строили, где хотели и как хотели, а сегодня нельзя - нужно думать о будущем.

ЭR: Чем определяется выбор места  для строительства молокозаводов?

А.Н.: Выбор размещения перерабатывающих предприятий определяется близостью сырьевой базы. Когда нас «кинули» переработчики, мы задумались о строительстве собственного молокоперерабатывающего цеха, и, конечно, разместили его рядом с коровниками.

Сегодня выгодно заниматься молоком. Я думаю, эта перспектива сохранится, как минимум, на ближайшие 10 лет. Да, трудности есть, но рентабельность производства высочайшая.

ЭR: Что Вы думаете о национальном проекте «Развитие агропромышленного комплекса»?

А.Н.: Что он появился - уже хорошо, но я считаю, что участие государства в развитии сельского хозяйства должно быть более ощутимым. Мало давать низкопроцентные кредиты, сельхозпроизводителям все равно тяжело их выплачивать. Государство должно заинтересовать нас так, как это делается во всем мире: брать 20, 30, 40 процентов затрат на себя. Например, я построил и запустил молокозавод, а государство компенсировало какую-то долю моих затрат. Тогда это было бы интересно.

Сейчас вся поддержка производителя в рамках нацпроекта заключается в пятипроцентном кредите. Но в Дании или Шотландии можно получить государственный кредит на развитие сельского хозяйства и под 1% на 20 лет, да еще с разрешением в первое время выплачивать одни проценты.

ЭR: Направления, основные мероприятия  и параметры приоритетного национального проекта «Развитие агропромышленного комплекса»  ставят перед отечественными производителями задачи увеличения производства мяса на 7%, молока - на 4,5%. Откуда взялась цифра в 4,5%?

А.Н.: Не берусь ответить на этот вопрос. Думаю, что цифра нереальная, потому что в последние годы по всей стране шло только уменьшение производства молока. За счет чего можно резко добиться такого значительного прироста? Это свинья за опорос приносит 12 поросят, а корова - одного теленочка в год. Кроме того, никто нам сегодня не продаст племенное ядро, чтобы можно было маточник восстановить.

Вот цифры по Орловской области: на сегодняшний день поголовье молочного скота составляет 25% от показателей советских времен. По другим регионам - еще меньше. И это притом, что молока не хватало даже тогда,  вспомните времена, когда молоко в Москве можно было купить только до 11 утра, позже на прилавках ничего не оставалось.

ЭR: Как вы реализуете свою продукцию? Ведь качественный экологичный продукт имеет короткий срок реализации.

А.Н.: Реализация - больной вопрос. Его нужно решать на государственном уровне. Сегодня мы, сельхозпроизводители,  практически не получаем от властей реальной помощи в сбыте своей продукции. Крупные торговые компании просят за вход в их сети огромные деньги. И это понятно, владельцам раскрученных торговых брендов не нужны конкуренты. Я пытался выйти в Москве на плодоовощную базу, они запросили 100 000 евро и при этом не гарантировали продаж, столько стоит только готовность выставить мой товар.

Поэтому мы продаем свою продукцию - молоко, колбасу, овощи - всего на пяти-шести нам же принадлежащих точках.

Государство должно гарантировать производителям возможность сбыта сельхозпродукции. Если для нас объявлено преимущественное право, так обеспечьте его на законодательном уровне! Мы пытались говорить об этой проблеме с властями, ответ один: магазины, мол, частные, что хотят, то и берут на реализацию. Но почему на западе есть торговые квоты для местных товаропроизводителей, а в России нет? Давайте примем закон, что на прилавках должно быть не менее 30% товаров местного производства, или что местные товары  облагаются пониженными налогами, или что производителю на рынке сбыта предоставляются льготные места, или что увеличиваются сельхозсубсидии. Государственная поддержка может быть разной. Пока мы ее не ощущаем.

Почему нам так необходима помощь в реализации продуктов? Да потому, что у товаров, при производстве которых не используются консерванты, очень короткий срок хранения, а значит, еще меньший срок реализации.

Дожили, людей пугает, что натуральное молоко через пару-тройку дней скисает! Но это как раз нормально! Неестественно, когда оно по полгода в пакетах хранится. Мы, например, сметану делаем не по Техническим Условиям, а по строгим ГОСТам (ГОСТ Р52091-2003), стабилизаторов не добавляем. Качественное мясо, не обработанное специальными растворами, темнеет на срезе уже через час, но изменение окраски свидетельствует о натуральности продукта.

Когда слышишь об отсутствии экологичных продуктов, обида берет. Есть они, есть, надо только немного помочь производителям с реализацией.

Материал подготовил В.Б.Глазырин